театр: Большой театр кукол
режиссёр: Руслан Кудашов
действуют: куклы театра
жанр: Для взрослых

Сценическая композиция повести Н.В. Гоголя сделана режиссером-постановщиком спектакля лауреатом национальной премии «Золотая маска» Русланом Кудашовым с большим уважением к сюжету и тексту автора.

Однако осмысление темы, трактовка событий, оценка судьбы героя и, главное, ее итога дает возможность  увидеть загадочный гоголевский сюжет в ином, непривычном, даже неожиданном ракурсе.

Свет и тьма сопутствуют человеку от рождения до смерти, окружают его, составляя два мира, смыкающихся и размыкающихся  между собой.  Ареной борьбы этих двух начал всегда является человеческая душа.

Н.В. Гоголь утверждал первоначально, что в основе «Вия» лежит народное предание, но,  главное в ней не смысл предания, а психологический мотив, и мотив этот – страх.

И в центре этих страхов в спектакле, как и у Н. Гоголя,  стоит фигура главного героя – ученого, книжного, отнюдь не трусливого человека философа Хомы Брута.

Именно он подвергается испытанию страхом  и не выдерживает его.

Кто же ставит Хому Брута перед необходимостью этого искуса, заставляет и его, и зрителей стать участниками необычной, даже трагической игры?

Это становится понятным из некоего пролога спектакля – заговора темных сил. Черти, поименованные в  сценарии как «Вожатый», «Канцелярист» и «Шестерка» овладевают пространством забытой церкви, которая становится своего рода аномальной зоной, «черной дырой» для заблудших душ.

И именно молодой, сильный и беспечный Хома Брут попадает в эту ловушку.

Жанр спектакля определен его создателями как  «хроника падения одной души»,  и последующие события четко  фиксируют этапы  этого  падения. Спаивая, шантажируя, меняя обличие, запугивая Хому, черти не оставляют ему возможности прийти в себя, осознать происходящее, делают его участником дьявольского маскарада, заставляя переживать одно событие  за  другим в их фатальной смене.

Идет жестокое сражение за живую душу. Мир тьмы вооружен на уровне духа  (страх сменяется  ужасом, ужас – смятением и тоской, теряется граница между реальностью и нереальностью).

Все знаки мира неживого – куклы, маски, тени – инструменты власти темных сил. Совершители дьявольского представления стремятся захватить и опустошить душу, не оставив в ней ни одного живого чувства, кроме ужаса и подчинения. И Хома Брут, сильный и бесстрашный, поседел от  ужасов чертовской фантасмагории и пал без дыхания перед чудовищем с  железными веками.

Каков же итог?  Пропал, оттого, что  побоялся (как у Гоголя) или оттого, что читал, «как попало»,  молитвы?  Или чужие заклинания слабее собственных  покаянных слов? Или жил «без божеств»?…

Показав душевное состояние героя, аналитические выводы Гоголь оставляет за читателем.

А создатели спектакля?
Ответить на этот вопрос – значило бы лишить зрителей права самостоятельной оценки увиденного. Подсказывать в таких случаях не полагается.
Художники – Алевтина Торик и Андрей Запорожский.
Художник по свету – Глеб Фильштинский
Музыкальное оформление – Владимир Бычковский
Хореография – Ирина Ляховская

Информация предоставлена театром
Спектакли в Санкт-Петербурге